Бессмертный «Отрок Варфоломей»

Паломнический центр » Статьи » Святой
 

С самого детства и до конца своих дней Нестеров жил с мыслями о преподобном Сергии. Для него он был «лучшим человеком древних лет» и символом возрождающейся России. Снова и снова брался художник за кисть, чтобы в полной мере воссоздать облик Радонежского Чудотворца.

Михаил Нестеров. Автопортрет

Михаил Нестеров. Автопортрет

Лампадка в детской

…За окном детской мягкие зимние сумерки. Все взрослые ушли в церковь ко всенощной – завтра праздник. Миша в комнате один. В углу перед иконами теплится лампада. Миша чувствует, как ее таинственный мерцающий свет наполняет все его существо. Его вдруг захлестывает безотчетная радость и такая острая любовь к маменьке, отцу, няне – ко всему миру, что хочется непременно дать ей выход: бежать, лететь, кричать. Или взять в руки карандаш, чтобы выплеснуть нахлынувшие чувства в торопливых рисунках.

Такие светлые картины детства Михаил Васильевич Нестеров рисует в своих воспоминаниях «Давние дни».

"Видение отроку Варфоломею"

«Видение отроку Варфоломею»

Будущий художник родился десятым ребенком в семье купца Василия Нестерова. Все предыдущие дети, кроме единственной сестры, умерли во младенчестве. На волосок от смерти был и маленький Миша, но мать, как считала, вымолила его у Бога и всю жизнь неустанно благодарила за это Господа. Именно она вложила в душу сына глубокое религиозное чувство и открыла для него целый мир, имя которому Сергий Радонежский.

«Образ святого, – вспоминал Михаил Васильевич, – пользовался у нас в семье особой любовью и почитанием. Он входил …в обиход нашей духовной жизни».

Икона преподобного Сергия висела в родительской спальне на почетном месте и считалась семейной реликвией. Еще запомнилась красочная лубочная картинка, на которой святой кормил хлебом медведя. Вот эта картинка более всего волновала душу ребенка. В ней чувствовалась какая-то тайна. Почему медведь не трогает человека? И что этот человек делает один в дремучем лесу?

Воображение, разбуженное необычным сюжетом, уносило мальчика далеко за пределы детской – в тот мир, где восторг души и неосознанные желания рождали новые образы и новые чувства. А отец, наблюдая за сыном, все больше убеждался в мысли, что растет, увы, не купец, а будущий художник.

Сергиевский дух

Сначала невероятное счастье – женитьба на той, кого полюбил с первого взгляда. Затем невероятная душевная боль – смерть Маши после родов. Эти два потрясения в самом начале творческого пути навсегда изменили беззаботного юношу. Именно они «сделали меня художником, – писал Нестеров, – вложили в мое художество и недостающее содержание, и чувство, и живую душу – словом, все то, что позднее ценили и ценят люди в моем искусстве».

Из всего Сергиевского цикла картина «Юность преподобного Сергия» меньше всего похожа на икону. Но именно она явила однажды чудо

Из всего Сергиевского цикла картина «Юность преподобного Сергия» меньше всего похожа на икону. Но именно она явила однажды чудо

В это же время Нестеров обращается к религиозной тематике в надежде найти ответы на волнующие его вопросы. Вернувшись из путешествия по Италии, он селится в деревне Комякино, близ Абрамцева.

Художники абрамцевского кружка, к которым примкнул Нестеров, полны решимости возродить национальное начало в русском искусстве. Эта идея очень близка и молодому живописцу, но он не хочет подражать ни Васнецову, ни Врубелю. У него есть свое понимание народности – это прежде всего живое христианское чувство, которое, как он считает, и делает русского человека русским. Вот только как донести эту мысль до зрителя?

Нестеров часто бывает в Троице-Сергиевой Лавре, молится, подолгу беседует с монахами. Тогда и зарождается мысль написать Преподобного.

В поисках идей и натуры художник часто гуляет в окрестностях Абрамцева, где когда-то проходила дорога на Троицкое богомолье.

«В здешних местах, – пишет он, – “сергиевский дух” чувствуется сильнее, чем в любом другом уголке России». Этот дух непременно должен ощущаться в картине, решает художник.

Не от мира сего

Сначала появился этюд с раскидистым дубом, затем набросок с монахом, но не было чего-то главного, связующего. «И однажды, – вспоминает художник, – с террасы абрамцевского дома совершенно неожиданно моим глазам представилась такая русская осенняя красота! Слева холмы, под ними вьется речка. Кое-что изменить, что-то добавить, и фон для моего „Варфоломея” такой, что лучше не выдумать… Глядя на этот пейзаж, я проникся каким-то особым чувством „подлинности”, историчности его. Я уверовал так крепко в то, что увидел, что иного и не хотел уже искать».

"Труды преподобного Сергия" Триптих

«Труды преподобного Сергия» Триптих

А вскоре – новая удача. «В деревне я заметил девочку лет десяти, стриженную, с большими широко открытыми удивленными голубыми глазами. …Я замер как перед видением. Я действительно нашел то, что грезилось мне». Девочка шла по улице какая-то потерянная, бледная и была, как вспоминает художник, «не от мира сего». Оказалось, она впервые после долгой болезни вышла из дома. И эта отрешенность более всего «зацепила» художника. Вот он – отрок Варфоломей!

Образ русской души

На ХVIII Выставке передвижников картина Михаила Васильевича стала настоящей сенсацией. Заговорили об уникальном явлении в живописи – нестеровском пейзаже, который и не пейзаж вовсе, а зримый образ русской души – широкой, возвышенной, трепетной…

Природа на картине замерла в ожидании чуда. Еще миг – и Божественная благодать сойдет на деревенского пастушка. Здесь, как и на иконе, нет ничего случайного. Церквушка на заднем плане – прообраз Лавры, могучий дуб – символ возрождающейся России. А таинственный монах, скрывающий свое лицо за капюшоном, это… будущий Сергий – великий молитвенник и защитник земли Русской.

Преподобный Сергий Радонежский

Преподобный Сергий Радонежский

На наших глазах происходит непостижимое – соединение настоящего и грядущего, земного и небесного. И то живое христианское чувство, которое художнику удалось облечь в краски, просто не может не вызвать отклика в душе зрителя!

Третьякову достаточно было взглянуть на картину, чтобы понять: в русское искусство пришел Мастер, а вместе с ним – новое мироощущение и новое понимание миссии художника.

С мыслями о святости

Все последующие годы Нестеров напряженно размышляет о том, что такое истинная святость. И как плод этих размышлений появляются новые полотна: «Юность преподобного Сергия» (1897 г.), триптих «Труды преподобного Сергия» (1897 г.), «Преподобный Сергий Радонежский» (1898 г.).

Изображая святого в разные годы его жизни, художник пытается понять, как формируется внутренний мир этого необычного человека, как крепнет его дух, стирая в облике чудотворца земные черты.

Из всего Сергиевского цикла картина «Юность преподобного Сергия» меньше всего похожа на икону. Но именно она явила однажды чудо. В архивах Третьяковской галереи сохранилось письмо жены художника В. М. Васнецова, в котором она описывает болезнь своего сына. Ни усердие врачей, ни дорогие лекарства – ничто не помогало ребенку. На глаза отчаявшейся женщины случайно попалась репродукция с картины Нестерова «Юность преподобного Сергия», причем даже не цветная, а черно-белая. Хватаясь как за соломинку, мать с верой и молитвой приложила ее к больному месту сына. Вскоре мальчик пошел на поправку.

В своем письме неизвестному адресату Александра Владимировна просит непременно рассказать эту историю Михаилу Васильевичу Нестерову, который в это время вместе с ее мужем работал над росписью Владимирского собора в Киеве.

В тишине и молитве

Размышляя о судьбах страны, Нестеров утвердился в мысли, что как не было, так и нет на Руси другой силы, кроме Православия, способной перед лицом опасности сплотить страну. Именно эта сила сформировала наш национальный характер.

Русскому человеку, как и первым христианам, считал художник, свойственна и детская искренность, и осознанная жертвенность. Ратные подвиги, которыми на полях сражений добывались великие победы, уходят глубокими корнями в подвиги духовные.

Но как эту мысль воплотить в живописный образ? Нестеров берется за триптих «Труды преподобного Сергия». Он хочет рассказать о самой сути монашеского подвига, в которой столько Божественной красоты!

…Удивительны все три полотна триптиха – они так похожи на немое кино: движение есть, а звука нет! Но как это возможно, когда мы видим, что один монах пилит, а другой рубит? Разгадка в том, что эти люди глубоко погружены в свой духовный мир. Они сосредоточены не на внешней, а на внутренней стороне жизни. И тишина – совершенно необходимое для этого условие.

Мы становимся свидетелями того, как подвиг физический, умноженный на подвиг молитвенный, возносит дух на небывалую высоту. И понимаем: нас допустили к святая святых – душе монаха, в которой он строит Божественный храм.

«…Значит, жив и я»

Из всех картин Сергиевского цикла в Третьяковской галерее мы сможем увидеть только одну – «Видение отрока Варфоломея», которую художник считал самой большой своей творческой удачей. Об этом он сказал так: «Жить буду не я. Жить будет “Отрок Варфоломей”. Вот если через тридцать, через пятьдесят лет после моей смерти он еще что-то будет говорить людям – значит, он живой, значит, жив и я».

Людмила Николаева

Дата: 10.08.2017 14:38

Почитайте ещё:


Паломнический центр » Статьи » Святой » Бессмертный «Отрок Варфоломей»
АНО «Паломнический центр». Наш адрес: 119192, г. Москва, Мичуринский проспект, дом 8 строение 1. Тел.: +7 (495) 363-35-84